Юрий Яковлев

Он был длинный, смешной, с какими-то особенно чистыми, родниково светлыми глазами. Он казался нескладным - настолько нескладным, что при попытке поступить в Институт кинематографии получил от ворот поворот: "некинематографичен". После первого курса знаменитой "Щуки" едва не был отчислен - кол по актерскому мастерству. Профнепригоден. На том, чтобы продолжать учебу, настояла его педагог Цецилия Мансурова - ее он чем-то зацепил: интересно!

Одно из первых появлений на киноэкране - театральный актер Чахоткин в комедии "На подмостках сцены" по очень смешному водевилю "Лев Гурыч Синичкин". Вся роль - реплика, которую его герой возглашает со сцены замшелого театрика: "Чу! Жрица Солнца к нам должна сейчас явиться!" После чего являлась потускневшая от времени заносчивая провинциальная дива. Коленопреклоненный Яковлев производил впечатление неизгладимое: нескладная жердь с отчаянно пылающими глазами. Еще никто не знал, что жердь - это Юрий Яковлев, но все его запомнили, как видите, на десятилетия вперед.

А потом Иван Пырьев разглядел в длинном юноше с пылающим взором князя Мышкина - и Яковлев появился в фильме "Идиот". Это и стало явлением большого актера народу. Критика тогда что-то брюзжала насчет упрощенного понимания великого образа, но никто в дальнейшем не смог перекрыть это впечатление обнаженного нерва, олицетворенной человеческой боли, каким был этот Мышкин.

Яковлев мог играть и комедию, и водевиль, и драму. Он был бы, наверное, великим Дон Кихотом: альтруизм и рыцарство в его природе. Но уникальная его фактура привлекала кинематограф именно этой комедийной нескладностью. Да и родной его вахтанговский театр тоже использовал прежде всего эту краску. Жердь в балахоне, пышные усы, ломкая повадка складного метра - это, конечно, его незабываемый Панталоне в "Принцессе Турандот". Хотя потом были и Каренин, и Глумов, и даже сам Антон Павлович Чехов в "Насмешливом моем счастье", но Панталоне остался навсегда.

В кино тоже предлагали комедийное. В память поколений врезался Иван Грозный с его "Ты пошто барыню обидел, смерд?!". Печальный Ипполит мылся в душе, скреб спинку во всем зимнем облачении. И догадайтесь сами, кого Яковлев играл в "Толстом и тонком". "Замуровали, демоны?" - да нет, были отличные роли в экранизациях русской классики: Стива Облонский, Тригорин, поручик Ржевский, тот же Глумов... Он даже несколько раз был Мефистофелем!

У него был совершенно удивительный голос - вкрадчивый, проникающий в самую душу, обладавший множеством оттенков и обертонов. Поэтому его часто звали на самую главную, в сущности, роль - он был авторским "голосом за кадром" в фильмах "Берегись автомобиля", "Старики-разбойники", был сказочником-рассказчиком во множестве анимационных фильмов, его любили и часто приглашали на радио. "Некиногеничный" актер сыграл в общей сложности более ста ролей в фильмах и телеспектаклях и стал народным любимцем, ни разу не покривив душой и не изменив безупречному художественному вкусу.

Юрий Яковлев по натуре не был публичной фигурой, давал мало интервью, избегал шума и не появлялся в тусовках. Он был один из тех актеров, которые навсегда оставляют в нашей памяти след чистый, светлый и, как все незащищенно-наивное, хрупкий. Идеальный рыцарь печального образа. Он всех нас чем-то крепко зацепил. С ним было интересно.

10 самых ярких киноролей Юрия Яковлева
  1. Князь Мышкин ("Идиот", 1958)
  2. Поручик Ржевский ("Гусарская баллада", 1962)
  3. Граф ("Выстрел", 1966)
  4. Стива Облонский ("Анна Каренина", 1967)
  5. Лорд Генри Уоттон ("Портрет Дориана Грея", 1968)
  6. Дерамо ("Король-олень", 1969)
  7. Управдом Иван Васильевич Бунша и царь Иван Грозный ("Иван Васильевич меняет профессию", 1973)
  8. Ипполит, жених Нади ("Ирония судьбы, или С легким паром!", 1975)
  9. Сэр Роберт Чилтерн ("Идеальный муж", 1980)
  10. Пацак Би ("Кин-дза-дза!", 1986)
10 легендарных фраз из киноролей Юрия Яковлева
  1. "Оставь меня, старушка, я в печали" ("Иван Васильевич меняет профессию", 1973)
  2. "Казань брал, Астрахань брал, Ревель брал, Шпака — не брал..." ("Иван Васильевич меняет профессию", 1973)
  3. "Ты пошто боярыню обидел, смерд?" ("Иван Васильевич меняет профессию", 1973)
  4. "Я требую продолжения банкета!" ("Иван Васильевич меняет профессию", 1973)
  5. "Какая гадость эта ваша заливная рыба…" ("Ирония судьбы, или С легким паром!", 1975)
  6. "О-о! Тепленькая пошла… Потрите мне спинку, пожалуйста…" ("Ирония судьбы, или С легким паром!", 1975)
  7. "Подогрели… обобрали… нет-нет, подобрали, обогрели…" ("Ирония судьбы, или С легким паром!", 1975)
  8. "Небо не видело такого позорного пацака, как ты, Скрипач!" ("Кин-дза-дза!", 1986)
  9. "Когда у общества нет цветовой дифференциации штанов, - нет цели!" ("Кин-дза-дза!", 1986)
  10. "Скрипач не нужен, дядя Вова" ("Кин-дза-дза!", 1986) 

По материалам Российской газеты